Моя профессия “Архитектор”

Как соединить творчество и точные расчёты? Об этом поговорили с архитектором Златой Гуляевой в рамках проекта гимназии по профориентации школьников. Специалист десять лет проектирует здания и инфраструктуру и считает, что архитектура — это возможность сделать мир вокруг себя прекраснее.

В интервью обсудили:

• Что нравится в работе архитектора?
• Чем архитектор отличается от дизайнера и прораба?
• Где учиться и какие школьные предметы пригодятся?
• Как меняется профессия с появлением новых технологий?
• Сколько может зарабатывать начинающий специалист?
• Остается ли время на жизнь вне работы?

Смотрите видеоинтервью или читайте его текстовую версию. Возможно, эта профессия заинтересует и вас.

Интервью с архитектором

Злата Гуляева (далее — З.Г.) решила стать архитектором еще в десять лет. Сегодня она занимается разными стадиями проектирования: от первых образов и концепций до чертежей и авторского надзора. А еще разрабатывает интерьеры, любит визуализацию и продолжает учиться в процессе работы.

Что нравится в работе архитектора

Лилия Зигмантович (далее – Л.З.): Злата, что вам больше всего нравится в вашей работе?

З.Г.: Творчество. Хотя профессия техническая, возможности для творчества в ней безграничны. Еще в десять лет я поняла, что хочу стать архитектором. Уже тогда чувствовала: мое предназначение — делать мир вокруг себя прекраснее.

А что может быть глобальнее архитектуры? Это и здания, и пространство вокруг них, и парки. По сути, мы создаем для человека сценарий жизни — удобный и прекрасный. Придумывать все это — словно улетать в другой мир.

Л.З.: Вы так красиво об этом говорите! Получается, архитектура для вас — еще и философия?

З.Г.: Да, потому что я много работаю над концепциями. В нашей профессии есть разные стадии: от замысла до реализации. Сначала ты творишь как писатель или художник, потом сидишь над расчетами и чертежами.

Есть архитекторы, которые занимаются только одной из этих задач. Я совмещаю: мне важны все стадии. Думаю, когда проходишь их целиком, лучше понимаешь профессию.

А концепция — это действительно философия и образы. Нужно заинтересовать заказчика, увлечь его, пригласить в тот мир, который ты придумал.

Работа в офисе и за его пределами

Л.З.: Архитектор — это только офисная профессия?

З.Г.: Нет, бывают интересные разъезды: на стройку для авторского надзора, на встречи с заказчиками. Встречаться можно и вне офиса. Помимо работы в организации, я самостоятельно занимаюсь дизайном интерьеров. Личного офиса у меня нет, поэтому назначаю встречи в кафе или коворкингах. Иногда мы вместе с заказчиками ездим в магазины, подбираем материалы. Для профессионалов также проводят лекции, экскурсии, семинары и практические занятия.

Л.З.: А как обычно проходит ваш рабочий день? Можно работать удаленно?

З.Г.: В основном я работаю в офисе. У профессии есть классная особенность: в тёплую погоду можно взять ноутбук и пойти в парк или во двор, сесть на лавочку и поработать. Из дома тоже можно работать, если компьютер справляется с нужными программами. Особенно это важно для визуализации. Не все архитекторы ею занимаются, а я люблю, у меня получается.

Как архитектор продолжает учиться

Л.З.: У специалистов есть возможность повышать квалификацию? Например, проходить курсы?

З.Г.: Курсов огромное количество, и онлайн, и очных. Правда я, честно говоря, пока ни одного не покупала.

Л.З.: Почему?

З.Г.: Некогда, я всё время работаю. Все, чему научилась и во что углубилась, осваивала параллельно с работой. Так получилось, что нужные мне знания я получила без курсов. Может, еще не вечер, вполне вероятно, когда-нибудь какой-нибудь курс пригодится.

Новые технологии и фундаментальные знания

Л.З.: Как меняется профессия? Появляются новые инструменты, искусственный интеллект. Вы тоже их используете?

З.Г.: Да, профессия меняется вместе с нашей жизнью. Появились соцсети — работа стала выходить и туда. Появились программы с возможностями визуализации, которых раньше не было, — мы их осваиваем. Теперь пришел искусственный интеллект, и с ним тоже нужно учиться работать. Я я считаю, что важно не заиграться. Как только появляется что-то новое, вокруг начинается ажиотаж. А архитектура настолько глубокая профессия, что в ней и без этого огромный объем знаний. Сколько я работаю, до сих пор чувствую: это бездонное море, на изучение которого жизни не хватит. Причем речь о базе, которая существует десятилетиями и веками, еще со времен египетских пирамид. Мы ее до конца не освоили, а уже бросаемся в новые технологии.

Поэтому новые инструменты я понемногу изучаю, но основной акцент делаю на фундаментальных знаниях.

Где учат на архитекторов

Л.З.: Где можно получить профессию архитектора?

З.Г.: Я поступала в Новосибирский государственный университет архитектуры, дизайна и искусств (НГУАДИ). Многие по привычке до сих пор называют его НГАХА, хотя название давно изменилось. Срок обучения зависит от выбранной специальности. После первой ступени можно продолжить учебу в магистратуре.

Л.З.: Архитектор ведь продумывает не только красоту, но и комфорт. Например, чтобы возле дома ветер не сносил человека с ног. Как это учитывают?

З.Г.: Это один из аспектов проектирования, для которого существуют расчеты. Их можно выполнять вручную на чертежах, с помощью геометрических построений, или в специальных программах. Компьютер многое рассчитывает, но, конечно, не без участия человека.

Л.З.: Всему этому учат в университете?

З.Г.: В университете дают понемногу обо всем. Профессия настолько широкая, что научить всему невозможно. Поэтому сначала получаешь базу, общее представление, а потом на работе углубляешься, учишься заново и повторяешь пройденное.

История из детства: пастель вместо патронов

Л.З.: Были в вашей практике забавные случаи?

З.Г.: Были, причем еще в детстве. Я всегда ответственно ко всему подходила, поэтому готовилась не только к поступлению в университет, но и в художественную школу. В десять лет уже занималась с репетитором, чтобы сдать вступительные экзамены в художку. Летом мы с семьей собрались на Кипр. Я набрала полный рюкзак художественных принадлежностей: как же, там море, буду рисовать на пленэре, тренироваться! В аэропорту рюкзак прошел через сканер, и меня остановили. Внутри обнаружили пастель — мелки в прямоугольной коробочке, похожие на патроны.

«Доставайте. Что у вас за патроны в сумке?» Мама, кажется, догадалась, что речь о пастели, но проверяющий такого слова не знал и не поверил. Пришлось вытряхнуть весь рюкзак, пока мы не нашли коробочку и не показали, что это мелки. Самолет, наверное, нас уже ждал.

Л.З.: Получается, первое знакомство с трудностями профессии состоялось еще в детстве. И вас это не остановило!

З.Г.: Да, такое внимание в аэропорту!

Архитектор, дизайнер и прораб: кто за что отвечает

Л.З.: Чем архитектор отличается от дизайнера и прораба?

З.Г.: Начнём с более близких профессий — архитектора и дизайнера интерьера. Основная задача архитектора — проектировать здания. Дизайнер интерьера занимается внутренним пространством и отделкой. Но архитекторы тоже могут разрабатывать интерьеры. Я, например, этим занимаюсь. Архитектурное образование дает очень широкую основу: можно выбрать направление и дальше в него углубляться. У дизайнера интерьера специализация более узкая. И архитектор, и дизайнер — проектировщики. А прораб руководит строительными работами: организует то, как чертежи воплощают в материалах на практике. По-хорошему, архитектор и прораб должны смотреть в одну сторону, дружить и советоваться. Архитектор тоже изучает технологии строительства, чтобы понимать, как лучше спроектировать. А прораб знает, как организовать работы, что и в какой последовательности нужно делать.

Что такое авторский надзор

Л.З.: Вы упоминали сопровождение проекта. Что делает архитектор на этом этапе?

З.Г.: Я обычно называю это авторским надзором. Каждый специалист следит за реализацией своего проекта. Если дизайнер разработал интерьер, он смотрит, как воплощают именно интерьер. Архитектор проверяет, например, как возводят стены и выполняют фасад. На чертеже не всегда можно все предусмотреть. Иногда только на стройке обнаруживается что-то, из-за чего приходится приезжать и менять решение или подсказывать, как лучше сделать. А иногда нужно просто убедиться, что чертежи прочитали правильно и все получилось так, как было задумано.

Есть ли жизнь вне работы

Л.З.: Говорят, архитектура занимает все свободное время. У архитектора остается жизнь вне работы?

З.Г.: Это почти правда. Но многое зависит от приоритетов: готов ли ты сократить время в телефоне или за сериалами, чтобы успеть еще что-то? Что тебе важнее — активная жизнь или возможность после работы просто отдохнуть? Для меня отдых давно стал сменой деятельности. С детства, помимо рисования и интереса к архитектуре, у меня были другие занятия: я играла на двух музыкальных инструментах, учила английский, занималась танцами. А еще тринадцать лет провела в группе поддержки хоккейного клуба «Сибирь». Это большой кусок жизни и серьезная ответственность. Когда ты в команде, важно не только заниматься своим хобби, но и не подводить других.

Что бывает сложным в профессии

Л.З.: А что вам в работе не нравится?

З.Г.: Пассивный стресс.

Л.З.: Что вы имеете в виду?

З.Г.: Постоянное волнение: а точно ли я делаю хорошо? Я еще никому не показала проект, а сама уже успела его полюбить, разлюбить и снова полюбить. Это непрерывный внутренний поиск, без которого, возможно, ничего и не рождается.

Л.З.: Как вы выходите из этого состояния? Просто решаетесь показать проект?

З.Г.: Конечно, показываю. Нравится он мне или нет — во многом вопрос вкуса. У тех, кому я его покажу, тоже могут быть разные мнения. Я работаю по срокам. Последняя ночь перед сдачей — не моя история: стараюсь придерживаться расписания, мне самой так удобнее. Поэтому в назначенное время показываю проект, и мы его обсуждаем. Иногда достаточно отвлечься, а потом посмотреть свежим взглядом. Либо понимаешь, как улучшить работу, либо на следующий день она уже просто нравится. Бывает, нужно дать себе время.

Как растет специалист

Л.З.: Вы говорили, что у архитекторов бывают категории. Чем отличается их работа?

З.Г.: Чем выше категория, тем больше у человека опыта и знаний, тем больше он может сделать самостоятельно. После университета специалисту обычно нужно руководство опытного наставника. Сначала он выполняет задания под его наблюдением, а постепенно растет и получает больше самостоятельности.

Чем запомнилась учеба в университете

Л.З.: Какие предметы в университете были для вас особенно интересными?

З.Г.: Мне было интересно все, я обожала университет. Особенно чувствовался контраст со школой, где не всегда понимаешь, зачем тебе тот или иной предмет. А здесь все связано с твоей профессией. Конечно, что-то давалось сложнее, иногда не складывалось с преподавателем, но не было ни одного предмета, о котором я могла бы сказать: «Мне это совсем неинтересно и не нужно». Если говорить об одном из самых комфортных занятий, это предмет «Проект». Мы делали учебные, но уже вполне настоящие по своей структуре проекты: чертили, создавали объем, готовили подачу на листе. Эти огромные распечатки мы называли «обоями». На них размещались чертежи, экспликации, узлы и визуализации. Конечно, построить здание по такой «обоине» нельзя: это концепция. Для реализации потребовалось бы ее доработать и подготовить рабочие чертежи. Но основа уже была.

Какие школьные предметы пригодятся архитектору

Л.З.: Если школьник хочет стать архитектором, на какие предметы ему стоит обратить внимание?

З.Г.: Прямо близких к архитектуре предметов в школе немного. Разве что черчение, если его преподают. У меня, например, его не было. Еще пригодится геометрия.

Но архитектура соединяет техническое и гуманитарное, поэтому я бы добавила литературу и историю.

Л.З.: Даже так?

З.Г.: Конечно. В голове нужно иметь много образов, на которые можно опереться. Где их брать в школьной программе, если не в литературе и истории? Еще можно смотреть кино, ходить в театр. Вообще, учиться стоит не только ради того, что потом пригодится в профессии. Учеба тренирует мозг. Полезно понимать это еще в школе.

Сколько может зарабатывать начинающий архитектор

Л.З.: На какую зарплату может рассчитывать начинающий специалист?

З.Г.: В одних организациях присваивают категории, в других должность просто называется «архитектор». Начинать работать можно и во время учебы в университете.

Если говорить об окладе без опыта, по моей оценке, это примерно 40–60 тысяч рублей. Конкретные предложения можно посмотреть в вакансиях. Есть и другой путь, хотя сама я по нему не шла. Профессия широкая, и можно в первые годы учебы очень хорошо освоить отдельный навык — например, визуализацию. Это еще не вся профессия, но в одной ее части можно стать сильным специалистом, найти заказчиков и брать частные заказы. Так, думаю, можно зарабатывать и около ста тысяч рублей.

Но если развиваться только в одном направлении, можно довольно быстро упереться в потолок своих возможностей. Я предпочитаю постепенный, кропотливый путь: сначала быть подмастерьем, пусть и за небольшие деньги, потом расти и все глубже понимать профессию. В таком развитии я потолка не вижу.

«Жир» на фасаде и студенческий «рапид»

Л.З.: У архитекторов есть своя тайная лексика?

З.Г.: Есть слова, которые мы придумываем. Например, «жир на фасаде».

Л.З.: Это что такое?

З.Г.: Так в одном архитектурном бюро назвали украшения фасада: лепнину, декоративную отделку — все, что не относится к несущей конструкции. Потом выражение пошло по знакомым. Я даже не работала в том бюро, мне рассказали бывшие коллеги. У здания есть несущая конструкция, но сама по себе она не обязательно красива. Фасадная отделка помогает оформить дом. При этом у нее бывают и технические задачи: защита от различных воздействий. А декоративные элементы — это тот самый «жир».

Л.З.: Значит, сталинки с лепниной — «жирные»?

З.Г.: Очень!

Л.З.: А еще словечки есть?

З.Г.: Есть не тайное, а настоящее слово, которое мало кто знает: «рапид», сокращение от «рапидограф». Оно осталось у меня из университетской практики.

Л.З.: А что это такое?

З.Г.: Инструмент для черчения, похожий на ручку, в которую заправляют тушь. Он удобнее пера. Сейчас чертежи мы, конечно, делаем на компьютерах, но ручная графика тоже ценится — в дизайне, искусстве. А на первом курсе мы учились чертить по старинке: по линейке, на больших деревянных подрамниках.

Л.З.: Злата, спасибо за рассказ! Было очень интересно узнать, как устроена ваша профессия.

З.Г.: И вам спасибо. Мне приятно, что вы ко мне обратились.

Представителя какой профессии вы хотели бы увидеть в следующем интервью? Напишите в комментариях.